Неопозитивизм — студенческий портал

Атмосферу формирования 3-го позитивизма или «неопозитивизма» определяют такие теоретические явления как: открытие новых неэвклидовых геометрий (Лобачевского, Римана) и различных систем новейшей формальной логики (Лукасевич и др.

) с числом значимостей истинности более, чем две (истинно / ложно); операциональность понимания одновременности в теории относительности; принцип «наблюдаемости» Гейзенберга («ненаблюдаемый объект не существует»); «структуралистское» понимание языка Ельмслева и гипотеза Сепира и Уорфа о том, что язык является первичным явлением, а взгляды и мировоззрение людей производны от языка; «эмпирическая социология», согласно которой наука сводится к фиксации, а затем упорядочению фактов в рамках условно принятых систем языка.

Ведущей школой неопозитивизма стал логический позитивизм, родив-

шийся в рамках Венского кружка — объединения группы венских физиков, математиков и социологов на базе семинара, руководимого М. Шликом. Его идеи интенсивно развивались также в Берлине, Варшаве и Тарту. Виднейшими представителями логического позитивизма были Р.Карнап и Г.Рейхенбах.

Этот 3-й позитивизм является наследником 2-го, он формируется под сильным влиянием Э.Маха, преподававшего в Вене. Но, в отличие от махизма, он отказывается от психологизма.

Отчасти это, по-видимому, было вызвано быстрым устареванием тех психологических и биологических моделей, которые использовал 2-й позитивизм, отчасти связано с принципиальной критикой психологизма вообще со стороны неокантианцев Марбургской школы. Вместо психологии и биологии 3-й позитивизм обратился к логике.

Предшествующую возникновению этого течения обстановку Ф.Суппе описывает так: «Логический позитивизм — немецкое движение… В период между 1850 и 1880 в немецкой науке доминировал механистический материализм… К 1870-м механистический материализм стал оспариваться, главным образом, в результате развития физиологии и психологии…

(В результате чего) в немецком научном сообществе механистический материализм постепенно уступил дорогу неокантианской философии науки, развитой сначала Гельмгольцем и (более основательно) Г.Когеном (H. Cohen) .

… К 1900 этот тип неокантианства стал доминирующей философией немецкого научного сообщества; это было сущностью немецкого научного общего смысла, который фактически препятствовал принятию и квантовой механики, и теории относительности.

Неокантианство было не единственной философией науки, принятой как реакция против механистического материализма; другая школа, которая имела существенное, но менее широко распространенное влияние в немецкой науке, происходила от Э.

Маха; ее влияние было ограничено главным образом несколькими школами (особенно в Геттингене, Берлине, и в институтах общества им. Кайзера Вильгельма)…. На рубеже века три философских позиции удерживались в немецком научном сообществе: механистический материализм, неокантианство, и маховский неопозитивизм, с неокантианством как наиболее принятым…

А теоретическая физика шла своим путем…. В 1905 Эйнштейн опубликовал свою специальную теорию относительности (СТО), а вскоре «старая» квантовая механика встала на свой путь развития. Теория относительности и квантовая теория рассматривались как несовместимые со всеми тремя этими философиями науки…

Первая немецкая поддержка для новых физик пришла от тех школ, которые симпатизировали махистскому позитивизму … Попытки преодолеть кризис следовали в нескольких направлениях. Одно из них шло через модификации неокантианства…, наиболее серьезную попытку в этом направлении …проделал Э.Кассирер (1910).

Другой, чисто философски более влиятельный подход, исходил из расширенной и ослабленной версии маховского неопозитивизма. Последний подход развивался… в Берлине под влиянием Г.Рейхенбаха (лидера Берлинской школы) и в Вене под влиянием М.Шлика (руководителя Венского кружка). Обе группы соглашались, что Мах был прав, настаивая на проверяемости (verifiability) как критерии осмысленности для теоретических концепций, но заключали, что он ошибался в недооценке места математики…».

Принцип верификации (подтверждения) — центральное положение логического позитивизма.

Он утверждал, что все те теоретические утверждения, которые не могут быть посредством логической цепочки рассуждений сведены к эмпирическим утверждениям (т.е.

верифицированы) должны выбрасываться из науки как метафизические. Но сам принцип верификации опирался на язык наблюдения» (язык «протокольных предложений»).

Однако в многочисленных исследованиях к середине ХХ в. было показано, что такого языка в научном познании просто не существует. «Тот слой знания (…тот язык), который выполняет в науке функцию описания эмпирических данных…

всегда теоретически нагружен». «В постпозитивистский период, — говорит В. Ньютон-Смит, — … философы крикнули хором: все наблюдения теоретически нагружены.

Иными словами, нет никакого нейтрального в отношении теорий языка наблюдения».

Источник: https://MIPT.ru/education/chair/philosophy/programmy/students/philosophy/a_1x5yv9.php

Неопозитивизм

Под этим названием подразумевают ряд философских учений первой половины XX века, сделавших предметом своего внимания языковые средства научного познания. Главным идейным вдохновителем этого философского течения является Бертран Рассел(1872-1970), работы которого вместе с «Логико-философским трактатом» Людвига Витгенштейна служили стимулятором позитивистских исследований.

Неопозитивизм сначала выступает в виде логического позитивизма, наиболее крупными представителями которого являются Морис Шлик (1882–1936) и Рудольф Карнап (1891–1970). В центре внимания логических позитивистов находятся логико-математические средства научного познания.

Они исходят из того, что язык, находящийся между объектом и ученым, существенным образом влияет как на выбор объекта и его свойств, так и на характер и результаты исследования.

Человек, вооруженный одним понятийным аппаратом, который формируется при овладении определенным языком науки, всегда получает результат, отличающийся от результата исследования той же реальности, проведенного носителем другой системы понятий (другого языка науки).

Кроме того, Карнап считал необходимым очистить науку от бессмысленных суждений, к которым он относил и высказывания, истинность которых невозможно проверить.

Требование обязательной эмпирической проверяемости всяких высказываний о мире является традиционным для позитивизма и берет начало в контовском законе подчинения воображения наблюдению.

В неопозитивизме он получило название принципа верификации.

Идея «прояснения» сути научных и философских проблем с помощью анализа выражающих их языковых средств далее развивалась в таком направлении неопозитивизма, как лингвистическая (аналитическая) философия. Ее основателями являются Дж. Мур (1873–1958) и Л. Витгенштейн (1889–1951). Ключевые идеи лингвистической философии изложены в «Логико-философском трактате» Витгенштейна.

Этот философ, как и все позитивисты, не отрицает объективное существование вещей. Но, пишет он, мир нам дан не как совокупность вещей, а как совокупность фактов. Например, фактом является высказывание «Часы лежат на столе». Конечно, и часы, и стол существуют объективно. Но того, как это нам представлено в нашем сознании, в объективном мире нет.

Там нет фактов, но есть вещи и процессы. Факты же организуются логическим пространством нашего сознания. Поэтому мир для нас есть всегда совокупность фактов, а не вещей. В языке мы выражаем факты, т. е. определенным образом обработанную нашим сознанием информацию о вещах. И ничего более. Мир есть для меня то, что я могу о нем сказать.

«Границы моего языка обозначают границы моего мира», – писал Витгенштейн. Поэтому ошибки в объяснении и понимании мира нужно искать в языке – главном выразителе и оформителе субъективного мира человека. Это очень важно, так как люди, перенимая неверные языковые конструкции друг у друга, тиражируют тем самым и неверные представления о мире.

Ведь, как говорил Гумбольдт, «человек настолько находится во власти своего языка, что может воспринимать вещи не иначе, чем ему их подает этот язык». Мы ограничены горизонтом определенного языка, который, по сути, и есть горизонт нашего сознания. Вот на это и должна обратить внимание философия.

Она должна быть терапевтом языка, заниматься «прояснением» языковых выражений науки, а не декларировать не поддающиеся опытной проверке высказывания типа «дух первичен, материя вторична».

«Философская работа состоит, по существу, из разъяснений. Результат философии – не некоторое количество «философских предположений», но прояснение предложений. Философия должна прояснять и строго разграничивать мысли, которые без этого являются как бы темными и расплывчатыми… Все то, что может быть сказано, должно быть ясно сказано», – утверждал Витгенштейн[1].

Главное заблуждение в употреблении слов заключается в том, что люди полагают, будто бы у каждого слова есть одно, единственно истинное значение. Часто суть научных споров сводится к обоснованию каждой из сторон своего понимания значения какого-то термина или высказывания.

Иногда на это уходят годы, но спор все равно может оказаться безрезультатным, если спорящие «играют» в разные «языковые игры».

Понятие «языковая игра» ввел в философию Витгенштейн (у Карнапа то же значение имеет термин «языковой каркас»). Языковую игру можно сравнивать с карточной игрой. Известно, что карточных игр много, но все они строятся из одних и тех же карт. Но в одной игре бубновый туз имеет одно значение, в другой – другое: все зависит от правил игры.

Если нас спросят, какое значение в карточной игре имеет бубновый туз, нам сложно будет дать однозначный ответ. Мы будем вынуждены уточнить, о какой карточной игре идет речь. Если же этот вопрос зададут человеку, знающему только одну карточную игру и не подозревающему о существовании других, то он без колебания расскажет о возможностях бубнового туза.

При этом он будет категорически утверждать, что только такое понимание значения бубнового туза соответствует действительности. Точно так же поступают те, кто спорит и навязывает свое понимание терминов «материя», «объект», «культура» и т. п. как единственно правильное.

Единый смысл понятие «материя» имеет только для тех, кто употребляет его в рамках одной «языковой игры». Люди, воспитанные на правилах этой игры (например, марксисты), легко понимают друг друга.

Но как только они оказываются в ситуации, где этот термин применяется как элемент другой «языковой игры», возникают непонимание, неприятие, критика такого понимания термина, что, кстати, совершенно бесполезно, как, к примеру, «критика» сороками карканья вороны.

Представители лингвистической философии считают, что философы и должны выявлять и «прояснять» подобные ситуации, имеющие языковую основу. А для этого требуется твердо уяснить только одно: значение слова жестко связано с его употреблением.

«Каждый отдельно взятый знак кажется мертвым. Что дает ему жизнь? В употреблении живет он», – считает Витгенштейн. Поэтому плодотворной может быть лишь дискуссия, которая ведется в рамках одной «языковой игры».

В начале дискуссии это и нужно установить.

Таким образом, главный вклад неопозитивистов в философию науки состоит в том, что они, не отрицая искажающей роли органов чувств человека на пути получения знания, усилили это утверждение, добавив в него идею о преломляющем информацию характере языка науки (понятийного аппарата, которым пользуются ученые).

Лингвистическая философия рассматривает себя в качестве особой науки, предназначенной для выполнения «очистительной» функции в научном познании. Ее предмет – «болезни» науки, вызванные дезориентирующим влиянием языка.

Однако по мере эволюции неопозитивизма все более ясной становится идея невозможности «чистой» науки, не подверженной никаким внешним воздействиям. К такому же мнению приходят и сторонники другой философии – феноменологии.

[1] Витгенштейн Л. Логико-философский трактат. М., 1958. С. 50–51.

Источник: https://magref.ru/neopozitivizm/

Позитивизм и неопозитивизм — Кандидатский минимум по истории и философии науки

Позитивизм (фр. positivisme, от лат. positivus — положительный) — философское учение и направление в методологии науки, определяющее единственным источником истинного, действительного знания эмпирические исследования и отрицающее познавательную ценность философского исследования.

Позитивисты объединили логический и эмпирический методы в единый научный метод. Сущность единого для всех наук метода, обеспечивающего надежным и достоверным знанием закономерностей природы, была выражена в манифесте «Венского кружка», опубликованного в 1929 г.: «Мы охарактеризовали научное миропонимание в основном посредством двух определяющих моментов.

Во-первых, оно является эмпиристским и позитивистским: существует только опытное познание, которое основывается на том, что нам непосредственно дано (das unmittelbar Gegebene). Тем самым устанавливается граница для содержания легитимной науки. Во-вторых, для научного миропонимания характерно применение определенного метода, а именно метода логического анализа».

Основная цель позитивизма — получение объективного знания.

Позитивизм оказал влияние на методологию естественных и общественных наук (особенно второй половины XIX века).

Позитивизм критиковал натурфилософские построения, которые навязывали науке неадекватные умозрительные образы изучаемых ею объектов и процессов. Однако эту критику позитивисты перенесли на всю философию в целом. Так возникла идея очищения науки от метафизики .

Читайте также:  Охрана окружающей среды - студенческий портал

Сущность позитивистской концепции соотношения философии и науки отражается во фразе О. Конта: «Наука — сама себе философия». Тем не менее многие позитивисты верили в возможность построения «хорошей», научной философии.

Такая философия должна была стать особой сферой конкретно-научного знания, она не должна отличаться от других наук по своему методу. В ходе развития позитивизма на роль научной философии выдвигались разные теории: методология науки (О. Конт, Дж. Ст. Милль),научная картина мира (Г.

Спенсер), психология научного творчества и научного мышления (Э. Мах, П. Дюгем), логический анализ языка науки (М. Шлик, Б. Рассел, Р. Карнап), лингвистический анализ языка (Дж. Райл, Дж. Остин, поздний Л. Витгенштейн), логико-эмпирическая реконструкция динамики науки (К. Поппер, И. Лакатос).

Однако все указанные выше варианты позитивной философии были раскритикованы прежде всего самими позитивистами, так как, во-первых, как оказалось они не удовлетворяли провозглашенным самими позитивистами критериям научности, а, во-вторых, опирали на явно (а чаще — неявно) определенные «метафизические» предпосылки .

Принято выделять четыре этапа развития позитивизма:

   1. Первый (классический) позитивизм. Основатель — Огюст Конт. Представители: Джон Стюарт Милль, Герберт Спенсер.

   2. Эмпириокритицизм. Представители: Эрнст Мах, Рихард Авенариус.

   3. Неопозитивизм или логический позитивизм. Представители: Готлоб Фреге, Бертран Рассел, Людвиг Виттгенштейн, Венский кружок, Львовско-Варшавская школа и др.

   4. Постпозитивизм. Представители: Карл Поппер, Томас Кун, Имре Лакатос, Пол Фейерабенд, Майкл Полани, Стивен Тулмин.

Основоположником позитивизма является французский философ Огюст Конт (1830-е гг.). В программной книге «Дух позитивной философии» (1844) Конт представляет человечество как растущий организм, проходящий в своём развитии три стадии: детства, юношества и зрелости.

Стадии истории человечества с позиции позитивизма

    * Теологическая — люди в качестве объяснительной гипотезы используют понятие бога, которому предписывают первопричины явлений и которого облекают в человекоподобный образ. Сама теологическая стадия распадается на три ступени.

          o Фетишизм вызван тем, что фантазия человека ещё слишком слаба, чтобы выйти за пределы явлений, поэтому человек поклоняется фетишам — вещам, наделённым человеческим статусом.

          o Политеизм — люди начинают облекать первопричины в человеческие образы и измышлять богов.

          o Монотеизм характеризуется тем, что первопричины структурируются, среди них выделяются главные и второстепенные, пока, наконец, не открывается главная первопричина — Единый Бог. Эта ступень получает имя монотеизма.

    * Метафизическая — люди по-прежнему стремятся постичь начало и назначение вещей, но место богов занимают абстрактные сущности.

Место Единого Бога занимает Природа, которую Конт определяет как «смутный эквивалент универсальной связи».

Именно в языке позитивистов метафизика приобретает негативный оттенок, поскольку сущности и пресловутая природа вещей оказываются плодом беспочвенной фантазии, пусть даже она и выражена в строгой логической форме.

    * Позитивная — единственной формой знания становится научное знание. Человечество становится достаточно взрослым, чтобы мужественно признать относительность (релятивность) нашего познания.

В этом аспекте позитивизм преодолевает характерный для Научной Революции эпохи барокко оптимизм. Второй важной чертой научного знания является эмпиризм — строгое подчинение воображения наблюдению.

Здесь Конт повторяет идею Бэкона о том, что фундаментом знания должен стать проверенный опыт. Учёные должны искать не сущность явлений, а их отношение, выражаемое с помощью законов — постоянных отношений, существующих между фактами.

Ещё одной чертой научного знания является прагматизм. Учёные перестают быть эрудитами и энциклопедистами. Одним словом, знание становится позитивным: полезным, точным, достоверным и утвердительным.

Идея эволюции с позиции позитивизма

Из эпохи барокко позитивисты заимствуют идею Кондорсе (1743—1794) о прогрессе — поступательном движении к одной определённой цели. Развитие человечества как прогресс, главную роль в котором играет наука. Прогресс связан с эволюцией, но не сводится к ней. Идея эволюции появляется в 50-е гг. XIX в.

Одни считают, что идею эволюции раскрыл Чарльз Дарвин (1809—1882), другие полагают, что автором этой идеи был английский философ-позитивист Герберт Спенсер (1820—1903). Как бы то ни было, именно Спенсер раскрывает концепцию космической эволюции.

Эволюция — это предельно общий закон развития природы и общества; то есть собственно, предмет философии. Суть этого закона в том, что развитие идёт путём ветвления, от однообразия к многообразию. За иллюстрациями Спенсер обращался к различным наукам — к астрономии, биологии и социологии.

Однообразная космическая туманность порождает многообразие небесных тел Солнечной системы; однообразная протоплазма — многообразие мира живых существ; однообразная первобытная орда — многообразие форм государства.

Кроме того, эволюция характеризуется переходом от хаоса к порядку и постепенным замедлением в результате рассеяния энергии. Идея эволюции оказалась чрезвычайно плодотворной. Её заимствовали как материалисты, так идеалисты и мистики.

Взаимосвязь позитивизма с другими философскими течениями

Основной внешний конфликт позитивизма — борьба с метафизикой, которая манипулирует терминами, которым ничего не соответствовало в реальности, например, энтелехия, эфир и т. п. Поиск научного метода преследовал цель найти свободные от метафизических предрассудков достоверные основания знания.

Позитивисты считали надежным знание, которое должно опираться на нейтральный опыт, а единственной, познавательно ценной формой знаний, по их мнению, является эмпирическое описание фактов.

Для выражения результатов наблюдения должны использоваться особые «протокольные предложения», Мориц Шлик писал: «первоначально под „протокольными предложениями“ понимались — как это видно из самого наименования — те предложения, которые выражают факты абсолютно просто, без какого-либо их переделывания, изменения или добавления к ним чего-либо ещё, — факты, поиском которых занимается всякая наука и которые предшествуют всякому познанию и всякому суждению о мире. Бессмысленно говорить о недостоверных фактах. Только утверждения, только наше знание могут быть недостоверными. Поэтому если нам удается выразить факты в „протокольных предложениях“, без какого-либо искажения, то они станут, наверное, абсолютно несомненными отправными точками знания».

Неопозитивизм («логический атомизм», «логический позитивизм», «логический эмпиризм», «логический анализ» и т. д.) с самого начала сложился как международное философское течение. Важную роль в его возникновении сыграли английский логик, математик и философ Б. Рассел и австрийский философ Л. Витгенштейн.

Логический позитивизм зародился в так называемом «Венском кружке», который образовался в начале 20-х годов под руководством М. Шлика и в который входили Р. Карнап, Ф. Франк, О. Нейрат, Г. Хан и др. Наряду с «Венским кружком» и берлинским «Обществом эмпирической философии» (Г. Рейхенбах) в 30-х годах возникли группа «аналитиков» в Англии (А. Айер, Дж. Райл и др.

), львовско-варшавская школа в Польше (К. Твардовский, К. Айдукевич, А. Тарский).

Главным идейным источником неопозитивизма был махизм, дополненный конвенционализмом А. Пуанкаре и некоторыми идеями прагматизма.

Но представители нового течения пытались устранить характерную для махизма недооценку логической ступени познавательного процесса и использовать результаты, достигнутые развитием современной математической логики.

Махисты отстаивали «биолого-экономическую» теорию познания и видели в науке преимущественно метод упорядочения ощущений («элементов»); логические позитивисты выдвинули новое понимание научного познания как логической конструкции на основе чувственных содержаний («чувственных данных»). Неопозитивисты еще более решительно, чем Мах и Авенариус, принялись изгонять из философии «метафизику», объявив,-что философия имеет право на существование не как «мышление о мире», а лишь как «логический анализ языка».

Позитивисты первого поколения (Конт, Спенсер) считали основной вопрос философии, а также другие коренные философские проблемы неразрешимыми из-за слабости и ограниченности человеческого разума; махисты полагали, что основной вопрос философии снимается и разрешается учением о «нейтральных» элементах; неопозитивисты поступили более радикально: они заявили, что и основной вопрос, и все вообще проблемы, считавшиеся ранее философскими, — это мнимые проблемы, или псевдопроблемы, которые нужно не решать, а отбросить как лишенные научного смысла.

Неопозитивисты утверждают, что все наше знание о мире дают только конкретные эмпирические науки. Философия же не может высказать о мире ни одного нового положения сверх того, что говорят о нем отдельные науки, не может создать никакой картины мира. Ее задача состоит в логическом анализе и прояснении тех положений науки и здравого смысла, в которых может быть выражено наше знание о мире.

Источник: https://students-library.com/library/read/28362-pozitivizm-i-neopozitivizm

Философио.Ру

В XX столетии традиции позитивизма были продолжены неопозитивизмом, который, по прежнему отвергая классические метафизические проблемы, сосредотачивает внимание на анализе языковых форм знания.

Отличие неопозитивизма от первого позитивизма и эмпириокритицизма в том, что он видел задачу философии в разработке знаково-символических форм научного познания. Иногда неопозитивизм называют «логическим позитивизмом».

Основные идеи неопозитивизма впервые были артикулированы в начале 20-х годов интеллектуалами, входившими в так называемый «Венский кружок» логических исследований.

Их позитивистская программа включала следующие идеи:
* Ограничение предмета философии анализом языка науки.
* Превращение логики в формальную и математическую логику, нацеленные на совершенствование языка науки.

* Стремление подвергнуть всё наличное знание критическому анализу с позиции требования принципа верификации.

Принцип верификации — ключевой в методологии неопозитивизма. Он означает процедуру установления истинности утверждений через их эмпирическую проверку: если не будут обнаружены факты, подтверждающие теорию, она не является истинной.

Постпозитивизм

В 50-е годы ХХ столетия всё отчётливее стала проявляться исчерпанность неопозитивизма: опыт развития естественных наук показал, что полностью формализовать язык науки невозможно. Тщетным оказалось и стремление неопозитивизма исключить из философии классические проблемы: сознание, бытие, свободу.

Констатация этого дала основание говорить если не о закате неопозитивизма, то о переходе его в стадию постпозитивизма. Начало постпозитивизма связывают с работой английского философа Карла Поппера «Логика научного открытия».

Под «постпозитивизмом» стали понимать совокупность методологических концепций, пришедших на смену неопозитивизму и являющихся очередным этапом в развитии философии науки.

Несмотря на разнородность этих концепций, они имеют ряд общих черт, позволяющих подвести их под общее название «постпозитивизма»:
* Все эти концепции отталкиваются от классической позитивистской методологии, но подвергают её критическому пересмотру.

* Для них характерен отказ от ориентации на анализ языка науки и обращение к истории науки. Изучение развития научного знания, по мнению постпозитивистов, помогает выявить закономерности в тенденции развития науки.

* Они отвергают строгие и жёсткие оппозиции, характерные для философии науки: между эмпирическим и теоретическим, открытием и обоснованием, фактом и теорией.
* Постпозитивисты считают непродуктивным противопоставление философии и науки.
* Общей чертой всех постпозитивистских концепций является отказ от кумулятивизма в понимании развития науки в пользу концепции научных революций: периоды спокойной, повседневной исследовательской работы сменяются скачкообразными прорывами и появлением новых картин мира, теорий, гипотез.

Наиболее авторитетными представителями постпозитивизма являются: Т.Кун, И.Лакатос, Ст.Тулмин, П.Файерабенд.

Источник: https://www.filosofio.ru/postklassicheskaya-zapadnaya-filosofiya/neopozitivizm.html

Неопозитивизм кратко

Неопозитивизм

Неопозитивизм (логический позитивизм) возник и оформился как философское направление в 20-х годах прошлого века. Его сторонники работали в университетах ряда стран Европы – Австрии, Германии, Чехословакии.

Наибольшую известность получил так называемый Венский кружок, во главе которого стоял М.Шлик (1882-1936). При общей с предыдущей формой позитивизма антиметафизической направленности в неопозитивизме средством достижения подобных целей была объявлена математическая (символическая) логика, бурно развивавшаяся в начале прошлого века.

Свою задачу неопозитивисты усматривали в логическом анализе языка науки с целью изгнания из него каких-либо метафизических (то есть спекулятивных, чисто умозрительных, не основанных на фактах частных наук) философских рассуждений.

Классическая философия рассматривалась ими как своеобразная «болезнь языка», по отношению к которому философ-неопозитивист, вооруженный логическими знаниями, призван выполнить своеобразные терапевтические функции. Вот характерные высказывания двух идейных отцов неопозитивизма – Л.Витгенштейна (1889-1951) и Р.Карнапа (1891-1970).

«Большинство предложений и вопросов, высказанных по поводу философских проблем… бессмысленны. Большинство вопросов и предложений философов вытекает из того, что мы не понимаем логики нашего языка».

«Перед безжалостным судом новой логики вся философия в ее старом смысле… разоблачила себя не только как содержательно ложная, на чем настаивали прежние критики, но и как логически несостоятельная и поэтому бессмысленная». Другими словами, по мнению неопозитивистов, почти ко всему философскому наследию следует относиться как к собранию логических нелепостей.

Читайте также:  Деятельность коммерческих банков на рынке ценных бумаг - студенческий портал

Отсюда вытекает формулировка философского метода, которому обязан следовать философ-неопозитивист: «…не говорить ничего, кроме того, что может быть сказано (то есть кроме предложений естественных и других частных наук), и затем всегда, когда кто-нибудь скажет что-нибудь метафизическое (то есть философское), показать ему, что он не дал никакого значения некоторым знакам в своих предложениях. Этот метод был бы… единственным строго правильным методом». Таким образом, из философии должна быть изгнана вся философская, в первую очередь, мировоззренческая проблематика, а от методологической остается лишь формулировка способов логической перестройки языка науки в соответствии с правилами символической логики.

Поскольку неопозитивисты позиционировали себя как продолжатели традиций британского эмпиризма, то не приходится удивляться, что весь комплекс достижений в области духовной культуры представлялся ими в следующем виде: 1) эмпирические науки, основанные на эксперименте и опыте в широком смысле слова; 2) математика; 3) метафизика, к которой относилось все остальное, включая не только философию, но и религию. Все утверждения, основанные на опыте, защищены от проникновения в их содержание метафизических предпосылок. Философские утверждения, коль скоро они допустимы в неопозитивизме, также должны быть основаны на опыте, хотя в целом неопозитивисты рассматривали философию не как собрание теоретических истин, а как деятельность по прояснению смысла утверждений других наук. Но оставалась проблема с математикой. Философы-неопозитивисты хорошо понимали, что математика как теоретическая наука не может быть в той же степени обусловлена опытом, как физика, химия биология. Поэтому математика (как и логика) были объявлены формальными науками, отнесены к языку науки. Логика и математика, утверждали неопозитивисты, не дают знания действительности. Они ничего не говорят о мире и лишь задают схемы допустимых преобразований языковых выражений.

Опираясь на символическую логику и философский эмпиризм, неопозитивизм стремился выработать критерии научности, получившие известность как критерии познавательной значимости.

Исторически первой теорией приписывания значений научным утверждениям (причем именно на основе эмпирических свидетельств) была верификационная теория значения, предложенная еще Ч. Пирсом.

Она не случайно была заимствована неопозитивистами, ведь ее основная идея – отождествление истинности с верификацией, проверяемостью («значением суждения является способ его проверки») преследовала цель сделать ясным и отчетливым понятие истинности отдельных суждений.

Однако в общефилософском плане верификационная теория значения сводила установление истинности к чувственно воспринимаемым проверочным процедурам, замыкала поиск истины в кругу сопоставлений одних эмпирических высказываний с другими, препятствовала принятию в качестве критерия истины соответствие знания реальности.

Увы, требование верифицируемости научных положений в смысле неопозитивизма приводило к тому, что большинство теоретических положений естествознания оказывалось неверифицируемыми. Ведь законы природы формулируются в языке науки как всеобщие высказывания, а такие высказывания не могут быть проверены никаким конечным числом эмпирических свидетельств.

Рассмотрим достаточное простое высказывание в форме всеобщности: «Все лебеди – белые». Никакое число наблюдений белых лебедей не может его верифицировать, поскольку всегда остается возможность встретить лебедей другого цвета (и действительно, в Австралии встречаются черные лебеди).

Тем более, когда речь идет о фундаментальных физических законах – скажем, о законе физического тяготения, как его проверить конечным числом наблюдений, если он касается любых гравитационных масс и расстояний между ними, определенных на области действительных чисел? Попытки как-то согласовать различные «улучшенные» версии теории верификации привели большинство философов-неопозитивистов к убеждению, что познавательное значение отдельных теоретических положений всегда должно раскрываться в контексте тех научных теорий, в которые они входят, и даже, возможно, в контексте соответствующих научных областей, рассматриваемых как единое целое. Но это обстоятельство лишало смысла первоначальный замысел борьбы с метафизикой с позиций эмпиризма, провозглашенный неопозитивистами.

В философской концепции неопозитивизма легко обнаруживаются элементы абсолютизации, преувеличения, неправомерной экстраполяции известных логических приемов и понятий, а также использование методологических принципов частных наук не по их прямому предназначению.

Так, принцип редукции, сведения одних логико-математических задач и проблем к другим – обычное для логики и математики дело. Но в позитивизме этому принципу попытались придать философский смысл, сводя, редуцируя глубокое содержание теоретических положений к тривиальному перечню эмпирических свидетельств.

Многообразные версии верификационных процедур – это, по сути дела, результат неправомерного перенесения на все понятия теоретических наук принципа наблюдаемости (физических величин), придания ему общефилософского характера, хотя исторически он касался только квантовой механики.

(Как известно, создатели квантовой механики руководствовались принципом «наблюдаемости», принципиальной измеримости всех вводимых в теорию физических величин и по этой причине отказались от понятия орбиты атомного электрона как не наблюдаемой

В целом в неопозитивизме была предпринята неудачная попытка предложить научному сообществу «идеальный» образец науки, который, как оказалось, имеет мало общего с ее реальным состоянием, предназначением и подлинными проблемами.

 

Источник: http://www.SoleCity.ru/philosophy/neopositivism

Что такое Логический позитивизм? Логический позитивизм — это… Расписание тренингов. Самопознание.ру

Логический позитивизм — направление философии, основывающееся на том, что для познания устройства мира требуются наблюдаемые доказательства, опирающиеся на рационализм, то есть познание через разум. Логический позитивизм утверждает, что мир можно познать, но для этого необходимо стать наблюдателем и поэтому его ещё называют логическим эмпиризмом.

Одним из его основателей является Дэвид Юм, который отвергал метафизику, в частности такие вопросы, как существование Бога и бессмертие души.

Это было вызвано тем, что эти идеи невозможно проследить, найти источник.

Его теория была поддержана и развита Венским кружком — сообщество учёных при кафедре индуктивных наук, собиравшихся в Вене в 20–30 годы XX века.

Из манифеста Венского кружка: «Первоначальной причиной мира есть бессознательное… Существует энтелехия, которая является основой жизни существ, то мы не должны говорить: «То, что вы говорите, ошибочно», а должны скорее спросить: «Что вы имеете в виду под этими предложениями?» По-видимому, существует чёткое разделение между двумя типами утверждений.

Один из типов включает утверждения в том виде, как они высказаны в эмпирической науке, их значение может быть определено логическим анализом, или, более точно, сведением к простым предложениям об эмпирически данном.

Другие утверждения, включая вышеупомянутые утверждения, оказываются полностью бессмысленными, если мы берём в том смысле, в котором использует их метафизик».

На смену аристотельской классической логики пришла математическая логика, послужившая материалом для строительства новой единой науки. Успехи, которых достигли в логике, убедили всех в силе мышления, заставляли верить в то, что произойдёт слияние наук с преобладанием в них физики, математики и биологии. В связи с этим возникло понятие «позитивизм» в данном направлении.

Для реализации задуманного необходимо было разработать систему критериев оценки качества теоретического вывода.

Начался отбор научного знания, которое было пригодно для создания единой науки, при этом философия и метафизика были сразу же отвергнуты, как ненаучные.

Затем содержательность знаний начали заменять формальностью, убирая мистификацию обыденного сознания. Благодаря этим изменениям, наука попыталась восстановить единое знание о мире.

На развитие данного философского направления оказали сильное влияние Эрнст Мах и Людвиг Витгенштейн. Мах ввёл концепции редукционизма и феноменолизма. Людвиг Винштейн в своё работе «Логико-философский трактат» выделил основные положения логического позитивизма:

  1. Язык является границей мышления.
  2. Существует только мир событий и фактов, которые описываются естественными науками.
  3. Предложение является картиной мира, поскольку имеет одну и ту же логическую форму. «Если бы мир был нелогичным, его нельзя было бы представить в форме предложения».
  4. Сложные предложения состоят из элементарных, которые соотносятся с определёнными фактами.
  5. Высшее невозможно выразить. Это означает, что религию, эстетику, этику нельзя познавать через факты.

Основные тезисы логического позитивизма:

  • Философскую проблему можно решить с помощью логического языка, на котором проблема формулируется, а потому логика играет важную роль в философии.
  • Эмпирической проверке должна быть доступна любая значимая теория.

Направление логического позитивизма получило широкое распространение в Европе, Великобритании, США. Он дал развитие аналитической философии, оказал влияние на философский язык и был доминирующим в период после Первой мировой войны и началом холодной войны. Благодаря идеям данного направления, получило развитие в социологии эмпирическая социология Нейрата.

В последнее время много пишут — «мыслите позитивно», но кто пробовал хотя быть денёк, понимает, как это сложно.

Почему так сложно? Мы пытаемся запретить себе негативные эмоции, но они нам необходимы для жизни, так же как и боль!… Читать дальше

Минуты молят облака, Секундам нужно больше слов, А молодость глупа, слепа,

Не каждый слышит ход часов.

Мара Боронина.

Любовница — это дама, которая находится с мужчиной в близкой связи, но при этом не состоит с ним в браке. В русском обиходе это понятие чаще используется относительно женщин… Читать дальше

Я в Питере около пяти лет. С тех пор как сюда переехала постоянно хожу на такие тренинги, выставки, экскурсии, занятия. И бесплатные, и платные пробовала, благо у нас тут очень богатый выбор для каждого человека. К Ирине Шиловской я сначала попробовала прийти на пробное занятие, но потом меня затянуло

Был вчера по приглашению на «пробный мастер-класс», как уверяла реклама, сообщение по электронной почте и смс, после того как я записался.

Однако вместо пробного урока получил бесплатную презентацию курсов г-жи Шиловской от неё же самой. Скажу, что весьма неубедительная презентация длительностью в два

Спасибо, за интерес к теме «что такое Логический позитивизм»!

Источник: https://samopoznanie.ru/schools/logicheskiy_pozitivizm/

Неопозитивизм

Начало XX века связано с наступлением третьего этапа в развитии русской социологии. В это время происходит четкое самоопределение социологии как общей теории социологии. Ведущей школой становится НЕОПОЗИТИВИЗМ.

Происходит дальнейшее изменение ортодоксального марксизма, идет усиление вульгаризации и политизации социальной теории (Ленин), с одной стороны, а с другой стороны, появляется направление, которое стремится соединить марксистские идеи с современной наукой (А.А. Богданов). В этот период появляется новое определение самого предмета социологии и ее методов.

Единицей социального анализа, вместо различных «факторов», групповой психологии и психологии отдельного человека становятся «социальные связи» (А.С. Звоницкая), «взаимодействие» (П.А. Сорокин), «социальное общение» (К.М. Тахтарев) и т.п.

Неопозитивисты считали, что главное внимание необходимо обращать на изучение социального поведения и общества, рассматриваемых с точки зрения статичности, организованности.

Они считали необходимым в первую очередь изучать социальное поведение, а затем уже существующие социальные структуры постоянных или повторяющихся форм взаимодействия и изменения (воспроизводство, самоподражание, разрушение) социальных процессов.

Считали, что в социологии должен быть реализован более полно идеал «описательной науки» и должно идти объективное изучение внешних сторон поведения с помощью эмпирических исследований.

Для последних характерен функциональный тип исследования социального целого, вместо господствующего до этого эволюционного типа. «Задачей социологии является, — указывал П.А. Сорокин, — описание подведомственных ему явлений и установление между ними функционально-корреляционной связи… Объект социологии должен быть транссубъективным и вещественным; таковым является поведение людей».

Критическое отношение и отказ от эволюционизма и сравнительно-исторического метода потребовало расширения эмпиризма (статистические данные, эмпирические исследования). По их мнению, интроспекция была очень темным и подозрительным источником знания.

Поэтому социология этого периода была направлена на наблюдение объективного поведения. Оно выражалось абстрактной формулой стимул — реакция.

Под стимулом в данном случае понимались условия, в которых происходило поведение, а под реакцией — содержание поведения (контакты, отношения, связи).

Например, центральное положение биохевиоризма излагалось следующим образом: «человеческое поведение основано на механизмах условного и безусловного рефлекторного типа».

Представители этого направления считали материальное и духовное поведение такими переплетенными и слитыми воедино, что их разграничение бессмысленно.

Общественное бытие и общественное сознание выступали для них синонимами, так как индивидуальное сознание, культура, общественное сознание социальны по своей природе. На передний план вместо этих понятий они выдвигали понятие социального поведения, подчиняющегося законам приспособления и стабильности.

Методологической программой неопозитивизма как науки о социальном поведении стало наблюдение вместо априоризма, индукция вместо ценностно-значимой интерпретации, сциентизм вместо метафизики, функциональное объяснение вместо эволюционного.

Хотя неопозитивисты и признавали в целом программу социологии как науку о поведении, при рассмотрении средств и способов реализации данной программы их взгляды расходились.

Этим обусловлено наличие большого количества расхождений и взаимной критики по отношению друг к другу.

Читайте также:  Разнообразие моллюсков - размножение и развитие, общая характеристика

Агнесса Соломоновна ЗВОНИЦКАЯ (1897-1942) — первая женщина-социолог в России. Основная работа — «Опыт теоретической социологии» (1914). Было задумано 4 тома, но вышел только 1 том. В нем было рассмотрено явление «социальной связи», изучение которой, по ее мнению, составляет «краеугольный камень всякой теоретической социологии».

Звоницкая считала, что «первая задача исследователя общества сводится к тому, чтобы конструировать классификационные признаки этого понятия. В какой же плоскости их нужно искать? По учению логики, каждое определение складывается из обозначения ближайшего рода и указания и видового отличия.

Ближайшим родовым понятием, обнимающим «общество», является понятие группы индивидуумов. Задача исследователя состоит, прежде всего, в том, чтобы найти то отличие группировки, тот особенный характер групповой связи, который составляет видовой признак понятия общества.

Теоретическое учение о социальной связи составляет необходимый краеугольный камень всякой теоретической социологии».

В процессе общения между индивидами возникают специфические отношения, которые выступают в виде «общности сознания и деятельности». Это общение она определяет как передачу «содержания одного сознания другому сознанию», т.е. подражание.

По этому поводу Звоницкая писала следующее: «Во всей социальной жизни содержание одного индивидуального сознания постоянно переходит, переливается в другие сознания. Это тот психологический процесс, который заполняет всю нашу повседневность, который десятки и сотни раз повторяется на каждой странице истории, — процесс общения.

Прав Тард, когда он утверждает, что общение есть начальный основной момент общественной жизни. Передача содержания одного сознания другому сознанию, — то, что Тард и Болдуин называют «подражанием», то, что мы назвали «общением», составляет таким образом центральный факт группировки индивидуумов».

Она считала, что подражание встречается как в природе, так и в обществе, но при этом социопсихическое подражание выступает в виде естественной предпосылки социальной связи.

Основным в разработанной Звоницкой концепции было то, что нельзя понять формирование личности в отрыве от социальной группы, что наше «я» всегда есть «я» социальное, т. к., мысля себя, мы вольно или невольно непременно мыслим и других.

Абстрактное противопоставление «я» и общества неправомерно, т. к. они неразделимы, они имеют общее психологическое основание. Но это не означало, что психическое — это просто фактор общественной жизни.

Звоницкая неоднократно подчеркивала, что все общественные отношения, все человеческие взаимоотношения и социальные связи имеют психическую природу.

Хотя она и отмечала социальную природу личности и самосознания, все же при этом имело место идеалистическое отождествление личности с ее самосознанием, социальной связи (отношений) с межиндивидуальными отношениями.

Она считала, что развитие личности происходит аналогично развитию общества, при этом имеется в; виду не биологический рост индивида, а рост его сознания. Звоницкая подробно рассматривает процесс развития сознания, в котором выделялись три существенных момента («проективный», «субъективный» и «эективный»).

«Проективный и эективный моменты, — писала она, — представляют два полюса личного самосознания. На проэктивном полюсе данный индивидуум воспринимает свойства других личностей, приспособляется к окружающей психологической среде. Он приобретает свойство другого «я», критерием для «я» служит «он».

На эективном полюсе, наоборот, свое субъективное «я» является для данной личности критерием, применяемым к другим личностям. «Я» заключает в себе все те свойства, которые составляют атрибуты личности, и всякая другая личность должна их иметь. Роли переменились.

Беспрестанное повторение этих моментов и постоянный переход «я» от проэктивного к эективному полюсу составляют общий закон развития личности».

Рост личности заключался в том, что личность постоянно воспринимает от общества «социальное наследство», переработав его по-своему, она «эективирует» его на окружающих людей.

Социальная связь — это изменение в сознании людей, которые вступают в контакт. Социальная связь («эективация»), по мнению Звоницкой, — центральный элемент социальной действительности, а нормы, группы, институты и т.п.

— это только разные формы функционирования социальной связи.

Константин Михайлович ТАХТАРЕВ (1871-1925). Основные работы: «Первобытное общество. Этнологосоциологическое исследование» (1903), «Очерк по истории первобытной культуры» (1907), «От представительства к народовластию.

К изучению новейших стремлений политического развития современного общества» (1907), «Главнейшие направления в русской социологии» (1910-1911), «Наука об общественной жизни» (1919) и др. С1910 по 19161 год Тахтарев интенсивно занимался изучением истории социологии, т. к.

считал, что изучение и систематизация современных проблем социологии немыслима без предварительного знакомства с их эволюцией.

После Октябрьской революции Тахтарев становится одним из ведущих петроградских социологов. В эти годы были опубликованы следующие работы — «Социология, ее краткая история, научное значение.

Основные задачи, система и методы» (1918), «Значение сотрудничества в общественной жизни» (1918), «Общество и государство и закон борьбы классов» (1918), «Наука об общественной жизни, ее явлениях, их соотношениях и закономерности» (1919), «Очерк истории петербургского рабочего движения 90-х годов» (1921), «Общество и его механика» (1922) и «Сравнительная история развития человеческого общества и общественных форм» (1925).

В своих книгах Тахтарев дал обширный обзор воззрений многочисленных буржуазных авторов по всем основным проблемам социологии. В его научном творчестве центральной проблемой было создание собственной «научной системы социологии».

В его «социологической системе» идеи «исторического материализма» переплетались с принципами контовско-спенсеровской позитивистской социологии.

Наиболее важными и типичными в явлениях общественной жизни он считал «явления сожития и общения».

В работе «Наука об общественной жизни, ее явлениях, их соотношениях и закономерности» Тахтарев начинает изложение своей системы социологии с методологических вопросов.

«Установление социальных законов предполагает всестороннее выяснение и установление необходимых соотношений различных явлений, а равно и изменение этих соотношений в общем ходе общественной жизни. Это и составляет главное дело социологии, как особой науки о закономерности общественной жизни. Это и является ее конечной научной целью.

Установлением закономерностей общественной жизни и должна заниматься научная система социологии, как особая помологическая, должным образом организованная и стройная отрасль знания.

Направление этой отрасли знания должно быть строго научным. Социология, вся целиком, должна быть проникнута естественнонаучным духом. Она должна быть пропитана духом естествознания, духом научного реализма.

Общественная жизнь, изучаемая социологией, должна браться социологом такою, какова она есть на самом деле, без привнесения в ее понимание каких бы то ни было пред рассудков, предвзятых понятий или плодов произвольного воображения. Она должна браться во всем ее целом.

Она должна изучаться в целостном соотношении всех ее сторон и самых разнообразных явлений, связанных друг с другом неразрывными узами взаимной зависимости и обусловленности. Общественные явления должны численно измеряться.

Все они должны изучаться социологически, понимая, что общественная жизнь есть единое, стройное и строгое согласованное целое, есть единый, всеобъемлющий жизненный процесс, поражающий своею бесконечною сложностью».

Сущность общественной жизни, по мнению Тахтарева, заключалась в формах «общения», и в первую очередь «трудового общения».

Он указывал, что человеческое общество это «самодостаточное сожитие людей, находящихся во всевозможных формах общения друг с другом с целью удовлетворения разнообразных своих потребностей и обеспечения своей совместной жизни.

Короче говоря, общество есть самодостаточное сожитие людей, сознающих свое общественное единство, проявляющееся в их самодостаточном общении с целью всестороннего обеспечения жизни».

«Сущность общественной жизни, как уже было сказано, заключается в сожитии людей. Сожитие есть самое основное социальное явление. Сожитие людей проявляется во всевозможных формах общения людей с целью удовлетворения потребностей. Сожитие есть самое содержание общественной жизни.

Общение есть ее форма, форма — ее проявление. Сожитие есть естественное явление, есть реальный факт, есть начальное и основное, неразложимое социологическое понятие. И такое же основное понятие есть и понятие «общение». В понятии «сожитие» выражается сущность нашего понимания общественной жизни.

В понятии «общение» — сущность нашего понимания общества, т.е. формы общественной жизни. Одно понятие дополняет другое и завершает таким образом понимание общественной жизни. Но для изучения общественной жизни, во всем многообразии ее явлений, недостаточно одного лишь общего понятия о ней.

Для этого необходимо иметь не менее правильные понятия и об условиях общественной жизни людей, о той среде, в которой она происходит. Мезология представляет собой не менее важную предпосылку социологии, чем антропология и учение о человеческой жизни».

В другой своей работе он отмечал, что «первая и необходимейшая предпосылка социологии дается физиологией и психологией человека».

Различие между общественным и межличностным при данном подходе заключалось в наборе прилагательных «самодостаточное», «всестороннее», «всевозможное». Термин «самодостаточность» был им заимствован у Аристотеля.

Тахтарев считал, что «настоящею основой любого человеческого общества служит общественное сотрудничество его членов, достаточное для обеспечения всех их жизненных потребностей и стремлений к более совершенной жизни.

То же самое общественное сотрудничество членов данного общества, в самых различных областях их жизни, лежит и в основе общественной связи или социальной солидарности, которая всегда и всюду является плодом общения людей, их жизни сообща».

«Если принять во внимание, — писал Тахтарев, — что человеческая жизнь, вообще говоря, есть не что иное, как удовлетворение человеческих потребностей, то само собой разумеется, что общественная жизнь есть не что иное, как удовлетворение людьми своих потребностей сообща или совокупное удовлетворение потребностей». При этом он считал, что: «Главнейшим средством их удовлетворения служит труд, труд единоличный и труд сообща с другими людьми, выражающийся в самых различных формах трудового общения или общественного сотрудничества. Это трудовое общение, или общественное сотрудничество, и лежит в основе общественной деятельности людей с целью обеспечения жизни. Таким образом, труд и общение составляют главное содержание человеческой жизнедеятельности в любой области общественной жизни (хозяйственной, семейной, психической и политической)»

«Но, если трудовое общение или общественное сотрудничество, как и общение всякого другого рода, объединяет людей, способствует их обобщению, общественной ассоциации, то трудовое разобщение, разделение и расслоение общественного труда, обособление занятий, как и всякое другое обособление в любой области жизни, столь же неизбежно ведут к разобщению людей, к общественной диссоциации, к розни между людьми».

Он подробно описывает «социологическое значение, какое имеет самодостаточное общественное сотрудничество, как общественная основа», в связи с чем у него возникает вопрос «каково же социологическое значение разделения общественного труда, которое некоторые социологи, следуя примеру Огюста Конта, считают настоящей основой общества, как бы забывая об общественном сотрудничестве, само собой подразумевающемся под словом «труд общественный», т.е. соединенный, совокупный труд сообщественников».

Тахтарев выступал против марксистского понимания классовой борьбы, противопоставляя ему идею межклассового сотрудничества и солидарности. «Единственное спасение, — считал он, — заключается в политическом сотрудничестве самых разных общественных групп, в их действительном общественном соглашении, в их настоящем совластии.

Только совластие всех общественных групп, только общественное соглашение их, только оно одно может обеспечить развитие свободной гражданственности и привести классовую борьбу в конце концов равенству прав и общественных выгод для всего населения посредством действительного обобществления власти в руках всей совокупности граждан, ставших непосредственными участниками ее и творцами своей общественной жизни. Окончательным победителем в общественной борьбе будет труд, но труд творческий и действительно обобществленный труд, который на месте производимого разрушения создаст новый общественный строй и взамен организованного насилия господствующего вооруженного класса осуществит верховное право народа быть господином собственной жизни и право всех граждан на непосредственное и равное участие в общественном сотрудничестве и в верховной общественной власти, право самого общества стать государством, цель которого: обеспечение всем полной и совершенной человеческой жизни, обеспечение всем равных прав и возможностей.

Но для того, чтобы дожить до этого желанного времени, нашей стране придется еще пережить много бед, испытав на горьком опыте, что такое есть зависимость от иноземцев и действительная политическая свобода и самоопределение народов».

Источник: https://studbooks.net/594465/sotsiologiya/neopozitivizm

Ссылка на основную публикацию